Констанс О`Бэньон - Обвенчанные дважды

— Не стоит волноваться, капитан. Поскольку они уже женаты, вам лишь остается соблюсти определенные формальности. Для Мэллори, насколько я понимаю, самое главное — нужные слова.

— Мне хотелось бы, чтобы все было как можно торжественнее. Ведь я помню лорда Майкла еще ребенком. Но что именно мне придется его женить, этого я и представить себе не мог.

Лорд Уоррик заглянул через плечо капитана в книгу.

— Ничего! Побольше уверенности, и делайте особое ударение на словах о супружеской любви и повиновении мужу.

Кэссиди покрыла голову Мэллори мантильей. Шесть белых атласных роз, которые она сняла еще с какого-то платья, должны были играть роль свадебного букета.

— Вы просто прелесть, дорогая. Майкл рассказал мне о вашем бракосочетании в Египте, поэтому я полностью разделяю ваши чувства. Безусловно, свадьба должна состояться так, как требуют английские традиции.

— Я… никогда бы не подумала, что Майкл…

— Столь сентиментален?

— Да.

— Мужчины гораздо более сентиментальны, чем мы думаем. А женщине приходится притворяться, будто она сама скромность и воплощение наивности. Ничего не поделаешь! Мужчине нравится воображать, что он в семье самый умный, а если женщина не глупа, она всегда найдет способ, как поддержать в мужчине это заблуждение.

Мэллори рассмеялась.

— Как бы мне хотелось сделать Майкла таким же счастливым, каким вы сделали его отца!

— Не сомневаюсь, что вам это удастся.

Майкл никогда так не нервничал, даже во время каирского бракосочетания. Глядя на него, Уоррик сочувственно улыбался.

— Кстати, у твоей сестры тоже не было официальной свадьбы. Боюсь, что, узнав о твоей, она потребует, чтобы и нас сочетал браком капитан Норрис.

В дальнем углу комнаты в торжественном ожидании собралась вся корабельная команда. Вдруг дверь широко распахнулась, и Майкл увидел свою мать — ослепительно красивую, в изумрудно-зеленом платье. За ней шествовал отец, ведя под руку Мэллори. У Майкла перехватило дыхание.

Он стоял как зачарованный, глядя, как она медленно направляется к нему. В блестящем шелковом белом платье, в мантилье, из-под которой выбивались огненно-рыжие локоны, она была восхитительна! Сердце Майкла распирала гордость: это чудо принадлежало ему.

Он взял руки Мэллори в свои и подвел ее к капитану Норрису. Когда старые как мир слова были наконец торжественно произнесены, девушка подняла глаза и чуть не заплакала от счастья — так все было красиво. Майкл надел на ее палец кольцо с изумрудом, взятое, скорей всего, у Кэссиди, и капитан Норрис провозгласил их мужем и женой.

Рейли и Кэссиди стояли, взявшись за руки, вспоминая свою свадьбу и радуясь счастью двух влюбленных, как будто созданных друг для друга.

Майкл повернул Мэллори к себе и, глядя в ее влажные от слез глаза, поцеловал в дрожащие губы.

Вдруг кто-то выхватил жену из его объятий.

— Я настаиваю на своем праве поцеловать невесту! — воскликнул улыбающийся Уоррик и чмокнул ее в щеку. — Должен заметить, Мэллори, что тебе не удастся опротестовать этот брак, поскольку в качестве свидетелей выступает вся команда корабля.

Рейли притянул к себе Мэллори.

— Дочь моя, фея с огненными волосами! Дай Бог, чтобы ты всегда манила моего сына — пусть он вечно охотится за тобой!

Мэллори уже успела полюбить герцога, а сейчас ее чувство к нему выросло еще больше.

Обняв сына, Кэссиди прошептала ему на ухо:

— Ты поступил с Мэллори, как настоящий мужчина, чуткий и любящий.

Но взгляд, каким он ответил на эти слова, словно стрелой пронзил ее материнское сердце. В нем читалось страдание. Или она ошибалась? Что все это значит?

— Любящий? Чуткий? Боюсь, мама, я уже забыл смысл этих слов. Мне хотелось лишь одного — чтобы мои дети родились в законном браке.

Кэссиди была потрясена: неужели это ее Майкл? Он вел себя как обычно, улыбался, даже радовался. Никто, кроме нее, не замечал происшедшей в нем перемены. Неужели он навсегда останется таким?

Все пили вино и произносили тосты в честь новобрачных. Но вот, наконец, молодые остались одни.

— Майкл, это было восхитительно!

— Ты счастлива?

— А ты? О такой свадьбе можно только мечтать!

Она высвободилась из его объятий, сняла мантилью и аккуратно повесила на стул.

— Знаешь, ведь это — мантилья твоей бабушки.

— Неужели? Я не знал. А платье — тоже?

— Нет, платье — твоей мамы. Майкл, у тебя такая замечательная семья! Твой папа только напускает на себя суровость, но глаза все равно выдают его доброту. Такой мамы, как у тебя, нет ни у кого! А Уоррик — правда, он очень красивый? Но он так скучает по твоей сестре и детям… Мне хочется поскорее увидеть Эрриан. Как ты думаешь, я ей понравлюсь? А ее детям?

Майкл рассмеялся и крепко обнял ее.

— Хватит болтать, сорока! Иди лучше ко мне.

Под всеми парусами «Соловей» входил в гавань. Капитан Норрис мастерски провел яхту в порт и приказал спустить паруса.

Стоя рядом с Кэссиди на палубе, Мэллори с любопытством смотрела на множество судов и суденышек, с нетерпением ожидая, когда же под ногами окажется твердая земля.

Вдруг Кэссиди радостно вскрикнула, увидев на набережной карету с фамильным гербом.

— Это Эрриан! Как она узнала, что мы прибываем сегодня?

Подошел Рейли. Оба они стали махать руками, приветствуя любимую дочь.

— Уж если Эрриан захотела нас встретить, ее ничто не смогло бы остановить. Смотри, с ней тетушка Мэри!

Леди Эрриан выскочила из кареты и, едва дождавшись, когда спустят трап, вмиг очутилась на палубе в объятиях отца.

— Папа, наконец-то! Я так волновалась! Слава богу, что ты дома!

— Дорогая! Что со мной могло случиться, если меня ждала такая замечательная дочь!

Эрриан ответила ему жарким поцелуем и кинулась в распростертые объятия Уоррика.

— Я так скучал по тебе! — сказал Уоррик, задыхаясь от счастья.

Эрриан, спрятав лицо у него на груди, всхлипнула:

— Я тоже. Больше никогда и никуда я тебя не отпущу!

— Как дети?

— Прекрасно.

Она подняла голову и встретилась взглядом с братом.

— Майкл, дорогой! Я слышала, как много тебе пришлось пережить. Как ты себя чувствуешь?

— Посмотри на меня! Перед тобой — воплощение бодрости и здоровья.

Эрриан внимательно вглядывалась в брата, сразу угадав резкую перемену во всем его облике. Они всегда были очень близки, и сейчас она была уверена: с ним происходит что-то неладное.

— Я не разрешил никому писать тебе о Мэллори — хотел увидеть выражение твоего лица, когда вы встретитесь.

— О ком?

— Эрриан, познакомься с моей женой Мэллори! Сестра растерянно взглянула на брата.

— Как ты сказал?.. Простите, вас зовут?.. Майкл был вне себя от радости.